Главная  |  Клуб  |  Лента  |  Блоги  |  Галерея  |  Форум  |  Фото  |  Видео  |  Тексты  |  Снаряга  |  Погода  |  Связь 

ОПЯТЬ КАМЧАТКА ИЛИ ОПАЛА - 2002

17 августа – 8 сентября 2002 г.

 

 

Эдуард Вохмин (dik-ne-mobi@mail.ru)

 

Участники:

Елена Герасимова (канд. юр. наук), Николай Велигжанин, Мария Нестерова (канд. мед. наук), Денис Галкин, Дмитрий Малеев, Эдуард Вохмин (он же автор сего опуса, edwin@online.ru);

(от роду от 26 до 35 лет)

+ Катамаран Никодим

 

 

Вдохновленные первым нашим камчатским походом (август-сентябрь 2001 – Жупанова, Налычева), других вариантов кроме Камчатки на лето 2002 мы даже не рассматривали.

 

Маршрут родился из соединения прошлогоднего нереализованного желания попасть на вулканы Мутновский и Горелый с намерением пройти реку Опала, упоминаемую в некоторых коммерческих туристических предложениях как труднодоступную и заветную, особенно для любителей уникальной камчатской рыбалки. Действительно, таких любителей на Опалу забрасывают и забирают вертолетом. Нас влекла не столько рыбалка, сколько труднодоступность и предполагаемые природные «красоты».

Вертолет не катил ни по финансам, ни в большей степени по другим соображениям – нарушается цельность (именно этого похода), как на извозчике получается. К тому же Маша с Денисом просто не испытывают восторга от перелетов. Самолет еще ладно, деваться то некуда, а про вертолет Денис говорит многозначительно – «Не летали, и не хотелось бы …»

Мы знали, что от Горелого до верховьев Опалы народ ходит в пешку, посмотрели на карту – решили попробовать одолеть эту часть с катамараном на себе, хотя до этого опыта такого пешего заброса не было. Не охлаждал пыла даже прошлогодний опыт пешей радиалки от Жупановой до вулканов М.Семячик и Карымский, затянувшийся в два раза против планируемого. И это почти налегке! А ведь наши совсем не спортивные организмы уже только изнашиваются. Но трудности прошлого со временем казались все более милыми, а Опала манила …

После средней части Опалы решили пешком переброситься на сплав по р. Ковач, впадающую в р. Удочка, а далее через озеро Большое к дороге на пос. Октябрьский вдоль берега Охотского моря.

 

Сроки похода выбрали те же, что и в прошлом году, всем удобно, а погоду на Камчатке, по нашему мнению, ловить бессмысленно, она сама тебя всегда поймает.

Из несвойственных ранее нам приготовлений отмечу следующие.

Взяли с собой (арендовали) спутниковый телефон. К счастью, как средство разруливания нештатных ситуаций он не пригодился.

В день отлета, пока допаковывались у меня дома, а Маша красила в дорогу волосы, от всеобщего воодушевления вдруг возникла идея всем добавить цвета в прически. В результате Маша добавила себе красных прядей, Денис стал почти фиолетовым, Коля – пестро-зеленым, Димыч свой традиционный походный ежик сделал платиновым с добавлением рыжей полосы, я тоже стал с красно-рыжими вкраплениями, а к Ленкиным роскошным светлым волосам краска почему-то не прилипла. Видимо, природа взбунтовалась.

Маленькое социо-психолого-лирическое отступление. Отношение к нашим разноцветным прическам мы встречали, конечно, разное. Но наблюдалась одна простая закономерность. Если в нашей дорогой и родной Москве земляки нередко позволяли себе шипеть вслед «Ну и п….!» (при этом никто не осмелился сказать в лицо), то на Камчатке отношение было исключительно доброжелательным, а уж по мере удаления от Петропавловска и вовсе искреннее понимание – раз они это сделали, значит это зачем-то им было нужно. Это в равной степени относилось и к нашему виду, и к самому факту появления туристов в столь нетрадиционных местах (имею в виду оз. Большое и побережье Охотского моря).

 

В общем 17 августа мы погрузились в заказанную Колей на работе «Газель» и взяли курс на Домодедово. Очень скоро нам показалось, что водитель уже слегка принял. Философский диспут на тему: «да он же пьян (реплика девчонок); да это их обычное рабочее состояние (ответ ребят)» был завершен распитием по паре глотков текилы, что привело к восстановлению гармонии с внешним миром. Кстати, потом оказалось, что девчонки были правы (такие они у нас молодцы!). По возвращении нас встречал на «Газели» сам Колин компаньон, который сообщил, что водила уволен. Мы даже не спрашивали, за что.

Вылетали в Петропавловск-Камчатский рейсом Красноярских авиалиний с посадкой в Красноярске. Сэкономили на билетах. Оказалось довольно муторно, к тому же норма провоза бесплатного багажа была значительно меньше, чем на Домодедовских авиалиниях.  Пришлось прилично доплатить за перевес – уже не та оказалась сноровка и горячность, чтобы убеждать милых дам на регистрации, что все это ручная кладь. Кажется, мы сами были не до конца уверены, что все рюкзаки - наши, а на лицах некоторых читалось сомнение в возможности унести их на себе.

 

18 августа благостным солнечным утром самолет приземлился в аэропорту Елизово, где нас ждал «Монстр» (военный Урал с тремя ведущими мостами), нанятый нашими камчатскими друзьями. Водитель долго чесал затылок, все уточняя и уточняя, туда ли мы собираемся ехать. Вот так прямо к Мутновскому? При этом маршрут ему был известен заранее, к тому же он плановый, все местные турфирмы возят туда народ. За неторопливой беседой, совпадают ли наши цели, мы упустили закупку пива. Но наши камчатские друзья – здоровья им и благополучия – обо всем позаботились. В фургоне Урала было не только Камчатское пиво номер 1, но и вкуснейшая вяленая камбала.

Отъехали от Елизово, и дорога долго кружила близ сопки Вилючинской, ее вид очень впечатлял. Как только съехали с условной трассы, ведущей к термальной электростанции, наш водитель снова забеспокоился. Как правило, с этого места турфирмы, предоставляющие организованные туры, ведут людей оставшиеся несколько километров до Мутновского пешком. Но колея была вполне накатанная, в Урале мы, в отличие от водителя, не сомневались, и, потихоньку двигаясь вперед, вскоре догнали два джипа с местными жителями. Тойота SURF и какой то Судзуки. Они бодро карабкались по кручам, преодолевали водные преграды. Наш же водила перед каждым препятствием останавливался, вылезал, чесал затылок, задумчиво глядя куда-то вдаль. Вылезали и мы. Ласково говорили водителю, что, как нам рассказывали, здесь вполне можно проехать, но если он в себе не уверен, мы готовы дальше идти пешком. Такая тактика действовала исправно - загружались в машину и двигались вперед. На этих вынужденных остановках мы несколько раз беседовали с гидами, ведущими в основном иностранных туристов. По их мнению, наше намерение самостоятельно дойти пешком до Опалы почти безумная затея, дескать, можно и не вернуться.

Так мы добрались почти до домика у подножия Мутновского, который на картах обозначен как метеостанция. Оставалось пересечь метров четыреста снежника. Водила твердо сказал, что дальше не поедет. Мы и не настаивали, тепло попрощавшись. Пока перетаскивали рюкзаки, джипы преодолели и это снежное поле.

Со времени выезда из аэропорта прошло часов пять.

Спустились ниже домика до границы ольхового стланика, поставили палатки. К ужину достали из рюкзака с катамараном внераскладочные бутылку коньяка и несколько банок мясных типа деликатесов (язык и т.п.). Призовые на заброску. Больше коньяка меня грела надежда, что рюкзак теперь будет легче нести. Как же я ошибался!

 

19 августа. День ясный. Мутновский даже слишком картинно освещается солнцем. Сходили в кратер по тропе с довольно интенсивным двусторонним движением. Выглядит все впечатляюще, сомнений, стоит ли туда идти, быть не должно.

На обратном пути решили обогнуть Мутновский в сторону северного склона в поисках горячих источников, которые даже называют малой долиной гейзеров. Честно говоря, надеялись если не окунуться, то хотя бы ополоснуться. Но источники, по крайней мере, те, которые мы нашли, оказались совсем маленькими. Все было тоже очень красиво, хотя масштаб, цвета, тональность впечатлений совсем другие. Выглядит незахоженным, диким, хотя натыкались на вмонтированные вертикально в землю фонтанирующие паром трубы (для сброса давления?), колеи от машин. В конце концов, откуда-то материализовался вездеходный Урал с мужиками в похожих грязно-зеленых то ли спецовках, то ли телогрейках. Работяги? Урал совсем не медленно проскакал мимо по немыслимым ухабам и откосам. Молча проводили друг друга взглядами. А что скажешь?

Здесь ходили довольно долго и умаялись так, что еле ноги волочили. Не взбодрила даже находка из куска мягкой породы абсолютно в виде м. п. члена. Сил не было и на водопад, который из мест, надлежащих к осмотру, был ближе всего к нашей стоянке. Спать легли рано, заснули моментально, но часа через три среди ночи проснулись. С чего бы это? Если организм заметил временную разницу, почему тогда Маша с Денисом в соседней палатке спят как сурки? Чтобы как-то убить время решили допить сливовую настойку. В темноте она шла очень споро, а вот финики на закуску было нащупывать затруднительно. На неизбежный шум пришла Маша с единственным фонариком, разведать, «не медведь ли где шебуршится?». Ну, с фонариком не только наливка, но и финики кончились быстро. Но ведь и бессонница прошла!

 

Про следующие четыре дня (20-23) едва удерживаюсь, чтобы не написать – заметил только то, что тащил катамаран. Да, коленки помнят, как отказывались работать связки.

Утром вылезли из палаток в густой туманище. Какие там вулканы, друг друга в паре десятков метров едва было видно. Прошли вверх вдоль ущелья, с протекающей далеко внизу рекой Мутной, до места, от края до края заполненного снегом. Такая снежная плотина метров тридцать высотой. Перешли по этому снежнику ущелье, поднялись на плато, двинулись в направлении кальдеры вулкана Горелый. Через некоторое время встретили автомобильную колею. Старательно убеждали друг друга, что это случайность. Ну кто в столь недоступные места заедет?

Лагерь разбили в кальдере на вулканическом песке в окружении шлаковых обломков. Коля с Денисом отправились в экспедицию за дровами, раздобыли только сырых веток лиственного стланика. Ритуал разжигания и поддерживания огня оказался неимоверно затянутым.

Взглянули друг на друга – лица опухли до карикатурных физиономий бомжей. Почему-то списали на туман. Больше старались не смотреть.

 

Маша:

Какой туман? Мы с Денисом три дня гадали, что это такое происходит с нашими лицами по утрам: то ли наливка была приготовлена не на том спирту, то ли наша новая двухместная пенка со строительного рынка выделяют токсичные вещества или, может быть, надышались серными испарениями? В конце концов, сошлись на том, что отеки связаны с солнечными ожогами, полученными на вулкане) А еще, этот вулканический песок был везде, включая самые неприятные места.

 

На следующий день перевалили через край кальдеры. Туман почти рассосался. Вскарабкались на последний подъем. За краем склон оказался усыпан какими-то розовыми цветочками. Так трогательно! Себя жалко особенно пронзительно.

Но дальше – только вниз! Прикинули нужный нам распадок (потом оказалось, что нужно было идти еще правее) и спустились почти в долину. Часть пути, там, где были снежники, мы с Димычем преодолевали верхом на рюкзаках. Катились медленно, но сладостно.

Поставились на практически альпийском склоне. Перед нами – впечатляющая панорама, среди которой наш дальнейший маршрут. Всматривались, размахивали руками, указывая друг другу правильное направление. Менее увлеченные жестикуляцией Маша и Лена первыми почувствовали ночной дубак и натянули на ноги по два спальника. Героико-лечебные граммы пились особенно торжественно.

 

Новый день ознаменовался сильным ветром, благо в спину, и выходом на очередную колею, основательно накатанную по широкому руслу ручья. Дорога закладывала большие петли, избегая резких перепадов высоты. Это был повод местами ее игнорировать, двигаясь напрямую в нужном нам направлении. Также было очевидно, что и дороге некуда вести, кроме нужной нам Левой Опалы, а точнее Верхнеопальских горячих источников. Наша жизнь наполнилась не только целью дойти до реки, но и выбором – петлять по дороге или идти напрямую по нетронутой (и хуже проходимой) природе. Рациональному подходу Дениса – «раз есть дорога, зачем ломиться по кочкам?», оппонировал романтический взгляд Коли – «мы чего на Камчатку прилетели, по пыльным дорогам ходить?».

Под конец дня и по дороге умаявшихся, нас нагнал армейский ГАЗ 66. Управлялся он бравым солдатом, а в кузове тряслись два браконьера с сетками и бочками под икру. Нас без слов подобрали, мы без разговоров залезли в кузов, и солнечносмотрящая на людей Лена спросила браконьеров: «вы рыбку едете ловить?». Как бы для поддержания разговора.

Дорога как-то сразу потеряла свою плавность, машина, не снижая скорости, бросалась под откос. Получаса такой езды нам хватило, чтобы всерьез обеспокоиться за свои жизни, по Машиному лицу вообще было видно, что она со всеми уже начала прощаться.

 

Маша:

Проехали мы всего минут пять. И я, действительно, первый раз в жизни впала в истерику.

 

Слетев с очередного склона к ручью, мы остановили машину и быстренько выгрузились. Дорога уходила петлять вверх, а по нашим прикидкам вниз по ручью до нужного нам места на реке оставалось несколько километров. Завтра быстренько и доскачем, подумали некоторые.

 

«Быстренько» растянулось в более чем полдня в виде сплава на своих двоих по стремительно набравшему воду ручью. Берега были непроходимы и мы загидренные скакали по каменистому дну. Обнос наоборот – обплыв. Навстречу вверх поднималась идущая на нерест рыба, перепрыгивая водопадики. «И куда их несет?» - могла бы подумать рыба и про нас. Наконец то спустились в долину, GPS издевательски показывал что-то около 4 км пройденного пути по прямой.

Вот она благодать! Солнышко, раскинувшийся по берегу парк раскидистых мощных берез, пластикой и очертаниями напоминавших дубы, и речка – быстрая и не мелкая. Противоположный берег – почти не заросший лавовый язык, разделяющий Левую Опалу от Средней. Вскоре увидели там медведей. Они просто везде! Ну да мы к этому уже привыкшие.

Сборка ката отложена на завтра. Маша с Димой ласково и тщательно провели ревизию продуктов. Машин вердикт звучал грозно: «надо прекращать есть шоколад и всего остального, сколько хочется, на два дня еды точно не хватит!».

 

Маша:

Здесь необходимо короткое пояснение по поводу нашей раскладки. Дело в том, что весь наш коллектив, как бы между прочем, но все же заботится о своих фигурах,  включая Дениса, про которого, вообще-то не подумаешь. Так вот, мы собрались перед походом и единогласно решили, что есть будем один раз в день утром, потом перекус, а вечером – на пешую часть супчик, на воду - пойманная рыба. Но как только мы вышли на маршрут, все начали есть, как сумасшедшие, два раза в день кашу с мясом. Наши с Димкой возгласы, о том, что еда скоро кончится, вызывали радость, всякие шутки, улюлюканье и готовность встретить лицом к лицу любые трудности. ……. Крупы упорно продолжали есть 2 раза в день.

 

 Главный наш кормилец Димыч был настроен дружелюбно: «все будет нормально, когда это нам еды не хватало?». Люблю обоих, и Лену, и Дениса, и Колю. Дошли! Речка, солнышко, завтра я верхом на кате, а не он на мне.

 

24 августа. Первый день на воде. Моросит дождь. Пока рубил раму, Коля вытащил первых рыбин. Нерестящаяся кета. Вышли после обеда, прошли совсем немного – до удобного подхода к горячим источникам (они в километре от воды). Назавтра нацелились попариться.

Река – типичная камчатская. Бежит быстро, расход небольшой, при этом разливается довольно широко. Разбивается на протоки. Главная проблема – успеть выгрести в протоку (как правило, неочевидную) так, чтобы не вынесло на мель и не прижало к нависающим над водой деревьям.

 

Маша:

Вообще-то пару раз нас все-таки прижало. Первый раз минут через десять после старта нас занесло под ветки и Денис, не успев оглянуться, оказался под катамараном. Он, как раз, перед отплытие не мог решить, как ему одеться, во все теплое или, на всякий случай, немного померзнуть (был вечер, градусов 12-14 и всего 30 – 40 мин. пути).  Поплыл в комфорте, в теплой одежде. Полартек, действительно, греет и мокрый, но в камчатском климате ни фига не сохнет.

Еще пару раз нас на скорости наносило на ветки. Казалось, что обязательно что-нибудь или кого-нибудь проткнет. Боялась за Ленку,  т.к. она сидела впереди, а Коля и Эдик выглядели совершенно расслабленными и умиротворенными.

 

 

Пока разглядывали деревянную переправу-мостик в районе источников, упустили весло. Так сложилась традиция жертвенных даров камчатским духам (в прошлом году упустили весло на Налычевой).

 

25 августа. Дневка ради оттяга на источниках. Сбегавшие на разведку Лена с Колей возвращаются с вытянувшимися несчастными  лицами. Оказывается, там пять джипов и куча народу. Попечалились, но после обеда пошли. Приходим, а народ весь уже свалил. До нас дошло – сегодня воскресенье, уик-энд по-камчатски закончился. К нашей радости. Еще порадовало, что никаких следов мусора не было.

Помылись, попарились. Искусственно перегороженный горячий ручей образует приличных размеров ванную. Все сделано не нарочито, аккуратно. Свободно все залезли и еще столько же народу бы поместилось.

            Вернулись через поляну ниже по реке, на которую забрасывают вертолетом коммерческие группы. Стоит маленький сарайчик, в котором обитают пара человек, обслуживающих этих туристов.

 

26-ого – первый полноценный день сплава.

На спиннинг начала брать какая то речная рыба. Неожиданно оказалась белой и не особенно вкусной (вот избаловались!). На перекусе набросились на сырую красную с соевым соусом и, кажется, переели, потом долго нос от нее воротили.

Через небольшой порог (просто валы) вплыли в кальдеру вулкана Опала. В ней река протекает спокойно, вода прозрачная, лес и прочая растительность по берегам выглядят более буйно (от тепла вулкана?). Как будто врезка из другой реки. Догнали коммерческую группу на рафтах. Встали на более высоком правом берегу. Обрыв песчаный, а наверху все равно заболочено.

27. В конце кальдеры по левому берегу выходит минеральный источник (холодный).

            На выходе река прорывается S-образным порогом с более сильными валами, чем на входе.

 

Маша:

Я, конечно, на катамаране первый раз, до этого ходили на байдарках, но в порог впилились без просмотра, с тремя веслами, сверху заливало, а Эдик, как бешеный, орал: «правым, левым, правым…» и валуны обходили буквально в последнюю секунду. Он потом, правда, утверждал, что «все фигня». Однако, советую порог все-таки просмотреть.

 

Река все шире, нерестящейся рыбы все больше, а значит и дохлой тоже больше. Скапливается и на дне в спокойных местах, выбрасывается на берег. Вдобавок везде по берегам медвежьи рыбные заделы. Они ее живую ловят и оставляют подтухнуть для большего аромату (на полном серьезе). От этого аромата порой никуда не деться.

Я ностальгирую по Жупановой. Опала несет стремительно, приближая к намеченной точке переброски на Ковач. А мы ведь минимум четыре дня на Опалу закладывали. А тут и двух дней не набирается. Что это за сплав выходного дня? Принимаем волевое решение растягивать «удовольствие» и встать на первом же мало-мальски приятном месте. Пока его искали GPS показал – стоп, ребята, приплыли. Намеченная на правом берегу точка выхода оказалась среди стоячих и мутных рукавов и заболоченностей. Самое удобное место для лагеря нашли ясно где – на медвежьей лежанке.

 

Маша:

Напряжение с медведями с этого места начало критически нарастать. Медвежьи тропы с 4-х сторон сходились в точке, где мы поставили палатки.  Вечером отходить от костра дальше, чем не 10 шагов совсем не хотелось

 

Дальше пишет Денис

 

28 августа. Делаем волок на Ковач. Лес вполне проходим. Потрясающие по красоте поля. Навалом жимолости. Это нас прилично тормозит. Кстати, жимолость вкуснее та, что с талией. Волок километров 5. Выходим на Ковач. Здесь становится ясно, как там, где не бывает людей. Мир еще чистый и свежий. Ощущаю тихую радость и умиротворение.

 

29 августа. Теперь дневка. Сегодня второй солнечный день нашего похода. В палатке пекло. В такую жару идти было бы невозможно. Лежим. Используем спутниковый телефон. Коля поздравляет маму с днем рождения. Димка звонит домой, где у него трехмесячная дочь. Опять собираем катамаран. Берез мало, берем ольху, которая, вообще говоря, для этого не годится – слишком хрупкая, но другого ничего нет. Завтра начинаем сплав по Ковачу.

 

30-31 августа. И тут началось. Столько – это слишком. Буквально, за каждым поворотом. То есть, просто-таки, каждые полчаса – мама и дети. То ловят рыбу, то нас разглядывают, то от нас удирают. Когда до них метров 50 – еще ладно, а когда метров 30 и мы так по течению к ним плывем, то…

Как общаться с Медведями на Камчатке, существует масса мнений. Мы исходили из версии, что Медведь не будет связываться с тем, что слишком нервное и шумное, поэтому орали и размахивали веслами.

Надо сказать, что Ковач уже давно никто не чистил от поваленных деревьев, поэтому первое время приходилось прорубаться.

Река петляет в болотистых берегах высотой метра 2. Вдоль русла тонкая полоска деревьев закрывает вид на окрестности. Дождь моросит почти постоянно. Здесь так и должно быть. Стоим на болотистых почвах. При ходьбе они под тобой колышутся. Островки кедрового стланика. Открываем для себя шишки. Они уже совсем спелые. Теперь берем их с собой в дорогу.

 

Маша:

Не могу не сказать о двух вещах, поразивших меня на Коваче. Это медведи и рыба. 

Какие медведи разные: светло-коричневые, темно-коричневые, большие, маленькие, пугливые, спокойные. Раньше я не представляла размер медведя. Когда нас вынесло из–за какого-то поворота прямо на маму с двумя детишками и она встала во весь рост на задние лапы, посмотреть, кто там еще, мне лично стало очень не по себе. Во-первых, они немыслимых размеров, как огромная корова с тридцатисантиметровой шерстью, если поставить ее на задние лапы. Метра 2- 2,5 в высоту. Во-вторых, они нас совсем не бояться и непонятно понравиться, ли им, что мы орем, стучим веслами и движемся на них? Все берега истоптаны медведями, кругом остатки недоеденной рыбы и другие их следы. Это был совершенно их мир.

Другой мир существовал у нас под катамараном.  Ковач мелкая речка. И вся ее жизнь протекала на наших глазах. Тысячи рыб полудохлых, ужасных измученных, плывут вверх или уже из последних сил стоят, защищают свою икру. Многие уже сдохли и их сносит течением вниз. Это поражает.

 

1 сентября. Вплываем в Удочку. Река уже шириной метров 30. Ловим рыбу. Единственная стоянка на удочке была отмечена вот чем. Уже в полной темноте, после ужина, у догорающего костра – сидим, пьем чай. И тут с другого берега с громким дыханием, напоминающем глухое рычание, сваливается в воду здоровенный Медведь; с шумным хлюпаньем за три – четыре прыжка пересекает реку и вырывается на наш берег. Казалось, он бежит прямо на нас. Мы повернулись лицом к неизбежному. Фальшфейеры! Где они? – Конечно же как следует упакованы в герму, чтобы не промокли. У Маши есть один – она дергает кольцо – ноль – в отчаянии швыряет его в кусты. Зверь пробегает метрах в пятнадцати (тогда казалось в пяти) и исчезает. (А может не исчезает? Может, притаился у нас под тентом? Или залез в палатку?) В общем, у меня коленки еще долго тряслись.

Потом выяснилось, что:

1)Маша дернула не кольцо фальшфейера, а веревку, вырывающую крышку, кольцо было дальше;

2)Еще один фальшфейер был у Коли, но он не нашел ситуацию достаточно критической.

 

Маша:

Медведи дышат как-то уж очень громко, кажется, что сейчас тебя разорвет. Коленки  тряслись страшно и всю ночь казалось, что он ходит вокруг палатки и лапой царапает тент. Это приключение было для меня, пожалуй, самым ярким за весь поход.

 

2 сентября. Тепло, плывем по Удочке. К вечеру выходим в озеро Большое. Вдали, на его противоположной стороне маяк, а правее, мы не видим, но знаем по карте – коса – конечный пункт нашего плавания. Встаем на берегу озера. Тихий безветренный вечер. Много брусники. Перед нами огромное озеро, отделенное от Охотского моря тонкой косой. Здесь есть приливы и отливы. Мы приплыли в отлив – так что вода в озере пресная. Допиваем последний спирт и наблюдаем, как маленькие острова понемногу уходят под воду. Благодать. Полное ощущение приятного завершения.

 

3 сентября. Просыпаюсь в 5 часов утра. Палатка рвется улететь. Страшный ветер, проливной дождь. В палатках пробивает тенты насквозь. Коля идет на разведку к домику рыбаков, до него 1,5 км. Возвращается, мы собираем барахло и перебираемся в домик. Здесь отсиживаемся и сушимся. Весь день льет. Ветер соленый. Надеемся, что завтра будет легче.

 

4 сентября. Завтра легче, дождь то есть, то нет. Но ветер в лицо. Через озеро против ветра идти бесполезно. А времени ждать нет. Через 2 дня нам надо быть в Октябрьском. Это значит 13 км по берегу озера Большого, переправа на косу и там еще километров 20 пешком до Октябрьского.

Собираем катамаран и в 12 выходим в путь.

За 8 часов мы прошли 10 километров. Это все, что мы могли. Болото, боковой ветер, дождь, болото, тропа увела не туда, болото, соленый ветер, пригорки вверх-вниз, болото, дождь, всё.

Каких-то три километра, но сил нет. Все мокрое насквозь. Скоро стемнеет. На костер надежды нет, значит сушиться тоже. Эх, крышу бы какую.

 

Нас спасли егеря. Перевезли на косу, передали в руки рыбацкой артели. Здесь нас поселили в домик, тут же дали дров и четыре только что пойманных кижуча. Куда нам столько!

 

На следующий день,5, утро. Спим. Вдруг - что там? Прямо вот сию минуту в Октябрьский идет машина – вот она уже стоит у нашей двери с откинутым бортом. Ну разве такое бывает?

Короче, через 13 минут мы уже в кузове, благодарим хозяев и отправляемся. Нас довозят аж до Усть-Большерецка, мы здесь раньше срока. В кафе съедаем всего по две порции и уезжаем в Петропавловск на автобусе.

 


   TopList    Яндекс.Метрика
Лента |  Форумы |  Клуб |  Регистрация |  События |  Слеты |  Маршруты (Хронобаза) |  Фото |  Хроноальбом | --> Видео |  Радио Статьи |  Лодки |  Турснаряжение |  Тексты |  Отчеты |  Худ. литература |  Марфа Московская |  Марфа - рассказы |  Заброска |  Пойду в поход! |  Карты |  Интерактивная карта |  Погодная карта |  Ссылки |  Поиск |  Реклама |  Белая Сова |  База |