Главная  |  Клуб  |  Лента  |  Блоги  |  Галерея  |  Форум  |  Фото  |  Видео  |  Тексты  |  Снаряга  |  Погода  |  Связь 

 Рай На Небесах

                  (ПРАВДА О НЕПАЛЕ)

                                           «В Персии такие ж точно куры,

                                             как у нас.

                                           Но с дикими глазами.»

                                        «Не пытайтесь повторить этот трюк!

                                         Это –не реально!!» ***

                                                 (Из телерекламы)

*** За реальной информацией о Непале обращайтесь к отчёту Ирины Т.

 

    -Такие вот тут виды, такая вот гавно -речка, такие вот гавно -камни,

про горы и ледники говорить не буду - они тут везде. Кто-то в Питере посоветовал не брать полную гидраху - вернусь, дам в рыло.. - ворчал Адмирал, ползая по берегу с видеокамерой.

-Тихо сиди на пороге своего дома и жди, когда мимо проплывёт труп твоего

 врага, - Вадик снял с погребального костра котёл с Дошираком.

-          Слоган каякеров - буддистов?

-          Река - последний путь любого непальца.

Единственная ровная площадка на берегу нашей первой непальской речки была утыкана свечками и венками…

-          Не в этом смысл. Здесь не принято суетиться. Суетность - грех. Куда спешить? Духовные ценности Тибета - молитва и созерцание. Лето никогда  не кончится, Будда близко, всё придёт само...

Наконец-то! Вечно осуждаемое Командой, но тайно испытываемое всеми её членами желание «подр$чить» попало на благодатную почву! Оно обрело философскую базу и возвышенный смысл: «Впасть в состояние благости».

    По утру нас окружили дети в синей школьной форме и белых рубашечках. Они тыкали в Дениса пальцем и кричали : «Будда! Будда!» Его голова, торчащая из спальника со скрещёнными на груди руками, действительно походила на изваяния великого тибетца. Может быть поэтому нас не сочли осквернителями традиций, а с верёвки исчезли только Денисовы трусы.

 

    В состояние благости мы впали сразу по прибытию в аэропорт Катманду. Потому что, в отличие от параллельно прилетевших коммерческих групп, нас никто не встречал. Денис  слоган непальского бытия ещё не просёк и побежал искать машину. Когда  через час, весь в поту, он вернулся с тачкой за 10$, нам, тихо сидевшим на своих рюкзаках, уже предлагали «бесплатно до отеля».

    Галку тот факт, что «нас никто не встречал», единственную расстраивало. Она боялась, что без гида мы буддистские святыни не найдём, а если и найдём, то не поймём, что с ними делать. И вообще: реки везде одинаковые, а продолбать культурную программу в Непале нельзя. Две недели мы её убеждали, что гид испортит НАШУ культурную программу, как свадьбу – тамада. Проблему святынь решили, набредя в Катманду на оптовый склад-«всю контрабанду делают в Одессе»- с теми самыми «настоящими-из-монастыря» чётками, серебряными колокольчиками, мисочками, - вплоть до кожаных барабанов и чеканных медных чайников. Набрели ночью, случайно, и про цены я говорить не буду, дабы не подорвать непальцам святынный бизнес. И то сказать – всё это они делают своими руками сидя на порогах своих домов в том самом состоянии - что может быть буддизнее? Но по Галкиному лицу в предпоследний день стало ясно: без гида в Патане будет скандал. Патан - древний центр Катманду и скандалить под Всевидящим Оком не хотелось. Выбрали самого прилично одетого и англо-говорящего и подвели к Галке. Гид оказался знатоком Кама-Сутры. Два часа мы изучали по фрескам и статуям назначение множественных частей тел и поз индуистских богов:

-Ребёнок родится храбрым, если его зачать в позе льва...

-Сильным, если в позе слона…

-Красивым, если в позе павлина…

К тому времени Команда уже частично освоила английский. Жара и ядерная смесь благовоний, голубиного помёта и обезьяньих испражнений сделали своё дело, и Адмирал спросил Гида:

-If I want the mental child, I must fuck by head?

Культурная программа была завершена.

 

    Конечно, Галка права. Если б не она, мы бы по только рекам шлялись и не увидели бы ничего. В плане святыней и древностей. Но, при всём моём уважении к плодам рук человеческих, трудно построить что-либо священнее Эвереста. Из Покхары, этакой Мекки туристов-паломников (или паломников-туристов?) к вершинам и рекам Гималаев ведут бесконечные тропы, и городок поражает обилием просветлённых лиц. Ну как если в Лосевский порог пива налить, а вдоль обочины –рестораны с бесплатными шашлыками. По степени просветлённости и потрёпанности можно понять: ТУДА или ОТТУДА. Стиль одежды привычный – флиска и что-то на $опе. В общем хоть в «мокряке» ходи- настолько все «турьё -моё». Место для ночлега выбиралось долго и тщательно: с цветниками, качелями, видами на озеро, и непальской музыкой. Бестселлером стало меню на английском языке. Раскачиваясь под музыку с видом на закат и раскрытой этой книгой на коленях, ожидали непальского чая. Чай заказывали ради чашек, потому что ром мы всегда (в целях дезинфекции) носили с собой, а чашками чокались. Официанты улыбались и махали: «О, эти русские - они всегда чокаются чаем...» Всё это возводило состояние благости на такой уровень, что мы бы никогда не уехали из Покхары, если бы не Галка. И не француз.

 

    Француз, расслабленно куривший бамбук на пороге своей турфирмы, услышал нас издали и насторожился, но было поздно. Команда среагировала на каяки, опрометчиво выставленные на улицу в рекламных целях, и  ввалилась в маленькое помещение, разговаривая одновременно, возбуждённо и, естественно, по-русски.

Адмирал, педантично снимал с крюков «Пираньи» и «Джаггеры», ввинчивался  внутрь и ругался, что «ноги даже здесь не влезают!». Денис пересчитывал рупии в баксы и пытался «делать бизнес». Дима по-хозяйски ощупывал развешанные по стенам спасжилеты. Галка просила называть вещи своими именами, то есть

по-непальски. Серёга кричал: «Пусть Он про речки расскажет подробно, с уклоном и расходом!» и ел француза глазами. Вадик орал, чтобы мы вели себя прилично, а мы с Маней переводили всё это на английский (для француза) и обратно. Обратно надоедало, тогда мужики, подозревая, что мы «трындим с шефом ни о чём», начинали злиться и орать ещё громче. Благополучно пропустив мимо ушей имя хозяина и  величая его «мистер Гарнеш» (слово значилось на вывеске), мы наконец втолковали ему цель своего визита: «посплавляться куда-нибудь». Только при расставании вежливый француз, смущённо улыбаясь, открылся, что Гарнеш -индийский бог. Бог этот, с головой слона, длинным хоботом, засунутым в «очко» (видимо для отсоса воды), и туловищем многорукой женщины с вёслами ,гордо восседал в каяке на эмблеме турфирмы .Хозяин звался скромно- Шарлем. Но и он нас переоценил, отправив на речку Калигандаки «на недельку». Вернувшись с Калигандак через пару дней, Серёга блеснул произношением:

-Kaligandaki is the big KLOAKA,- высказал он Шарлю. И мы были заброшены на Апер-Сети, откуда вернулись ещё быстрей. Шарль понял, что «малой кровью» от нас не отделаться. Он показал нам кино про крутые Непальские речки. После двух часов бурного обсуждения «во что нам обойдётся автобус на все оставшиеся дни, если мы захотим объехать все эти ваши речки» («и Читван!» -добавила Галка), Шарль сдался, сказал ,что ему ничего от нас не надо, автобус придёт завтра утром, и мы можем ехать, куда захотим. Мы купили карту Непала, утром  неожиданно пришёл автобус с двумя неторопливыми непальцами-драйверами, мужики занялись сборами и отправили нас с Маней «прощаться и благодарить». Лениво встающее непальское солнце освещало чисто вымытые витрины магазинчиков и офисов, теснившихся вдоль главной улицы Покхары. Хозяева швабрами драили тротуар и улыбались. Мистер Шарль-Гарнеш был так счастлив, увидев нас ВДВОЁМ, что задарил эмблемами своего Бога  и искренне  пожелал «фансплава». Стоя на пороге своего дома, он улыбался и махал. Мы пообещали, что отныне все русские туристы-водники будут обращаться только к нему. А нас ждала Марсианди.

 

   К имени «Марсианди» просится: возле лоджии цвели орхидЭи, в ночи стрЭкотали цЫкады, рассвЭт блистал на снЭжниках, катамаран на стапЭль несли портЭры…. «Так не бывает... » - но так и было. По случаю дня рождения хозяйка-непалка решила испечь для меня яблочный пирог с корицей. Корица как раз отцвела. Яблоки собрали с яблони, курица снесла яйца, пшеницу пожали серпом, смололи в ручных жерновах и пошли за дровами, пока мы сплавлялись по бело-голубой реке. Она чем-то напоминала Чулышман, и я мечтала когда-нибудь залететь с возлюбленным (благо в верховьях Марсианди действительно есть аэропорт) повыше и сплавляться по ней на всю оставшуюся... Это был самый благостный День Рождения в моей жизни: никто не килялся, несмотря на «наконец-то пороги», и не блевал в ванной. Ванна была. Каменная, с хрустальной водой из священного источника. Не было горы грязной посуды, незнакомых лиц в постели поутру, и орхидеи не завяли. Травил левый баллон.

   Пробили мы его ещё на первом (и единственном) пороге Калигандаки - забыли слоган, засуетились и не поддулись.

-Зашью, пока все спят, - пребывая в состоянии благости подумала я, тихонько вытащила из-под матроса плоскогубцы, разобрала «Тритон», достала из шкуры внутренний  баллон и стала его намыливать. Глаза нашего драйвера-непальца округлились так, будто он узрел Будду. Хотя местные женщины педантично шлёпали вокруг каменными топорами и оттаскивали на головах высоко в горы корзины с кусками  гранита. Этими кусками они обрамляли бесконечные террасы, выложенные навозом. Что, впрочем, не мешало навозу стекать ручьями с гор обратно в  речку, а площадка для стапеля быстро уменьшалась в размерах. Женщины были маленькие и смуглые.

-Сколько по-твоему мне вчера стукнуло?- спросила я драйвера, благоговейно наблюдавшего, как я наглаживаю огромный чёрный «банан», приклеивая заплату.

-Твенти файв?– непалец на полном серьёзе дал мне почти в полтора раза меньше!

-Ты слышал?! - крикнула я выпавшему из лоджии в куст орхидей Адмиралу, -

-И не смей отныне называть меня: «старый плавучий чемодан»!

-Хорошо. Я буду звать тебя «белобрысая непальская обезьяна». Поскакали. Пора.

 

    На сплаве  комфортнее всех безусловно чувствовал себя мой матрос Дима. Поскольку воду он не видел, а слышал плохо, каждый гребок, по его просьбе, я должна была озвучивать громким и резким «вперёд», «сбрось» или «чалка»- в соответствии с манёвром и общим настроением. Примерно половину команд он исполнял правильно, так что ехали мы быстро, придавливая к камням не успевших разбежаться от моих воплей каякеров. Через час все остановились и поинтересовались у Димы: «действительно ли он хочет, чтобы я ТАК орала». Дима честно признался, что нервничает, если я молчу, и нам было предложено ехать ДАЛЕКО ПОЗАДИ. Меня это устроило не очень. Лоции не было, манеру каякеров чалиться «вдруг» я знала предостаточно, мы с Димой ничего такого «вдруг» исполнять не умели, а река виляла изрядно. По сему задачу пришлось усложнить: мы должны были ехать, не теряя из виду Адмирала, о чём я и сообщила Диме. Он согласно кивнул, но попросил «не молчать» - таки, и мы поехали дальше, на почтительном отдалении. Только на третий день Дима спросил меня:

-Слушай, а кто у нас Адмиралом-то?

Но на третий день уже стало ясно, что слухи о нашей смерти опять оказались преувеличенными.

 

    То есть умереть сразу там негде было, а скрытый период  гепатита - 40 дней. Об этом мы решили не думать, потому - какой смысл бояться того, чего не видишь? Правда, у Мани, любившей позажигать, после «эскимосов» плясали «палочки кишечные в глазах», а утренние беседы за чашкой кофе неизбежно сводились к теме стула...

 -Или адаптируйся или сиди дома весь в белом унитазе! - тут мы были единодушны. Ни ресторанов, ни лоджий на реках не оказалось, а еду с собой  мы не взяли, чтоб костров не разводить- с дровами в Непале плохо, даже покойников не до конца сжигают. В Сити-Бени, где мы первый раз остановились на ночлег, каякеров, похоже, видели впервые. Мы были нарасхват во всех домах. Ночлег на втором этаже провалили, так как с гидрах текло, а пол оказался глиняным,  но гостеприимству хозяев не было предела. Дима, знавший по-английски единственную фразу: “You are very nice girl”,- решил потренироваться в языке на дочери хозяйки. Им тут же постелили в «зале»... Не успела Команда написать роман со счастливым концом,- принесли рис, чечевицу, картофель, редис, помидоры, лепёшки и соусы. На сей раз языковой барьер преодолел Денис: 

-Too little plates!- после чего нам всю ночь носили добавку, пока последний каякер не отпал от кормушки. Это была настоящая непальская неадаптированная еда! Спирт скоро кончился, но перестать есть мы уже не могли. В обратный самолёт вместе с нами садились коммерческие туристы, подозрительно бледные и исхудавшие:

-Мы питались одними варёными яйцами... Не спасло!.. А вы-то как?

 Мы с трудом застёгивали джинсы. Только Дима ещё какое-то время мыл бананы с мылом. Остальные мели всё подряд, дезинфицируясь чесноком, бешеными специями и непальским ромом - «для очистки совести».

-Я знаю, почему у нас нет дизентерии. Микробы не успевают осесть и размножиться - их выталкивает очередная еда...

    При прощальном обходе святилища в Сити-Бени следовало загадать желание, и мне, после пробитого ката,  на ум не пришло ничего лучше, чем: «Пусть пороги  окажутся не слишком…» Будда был близко. Весь день мы пилили по абсолютному плёсу. Даже текухи не было. Мои предложения о тренировке по гребле – «ну чтоб день хоть не пропал» - Дима отверг. Видимо расстроился - утром он целый час приматывал верёвкой рюкзаки на раму в ожидании обещанных Шарлем «страшных четвёрочных порогов»... А вечером Адмирал наорал на меня:

-Хоть бы грести Матроса поучила, тунеядка непальская!!

Но никакие крики не могли вывести меня из состояния Благости…

 

    -Рай на небесах. Всё это - сущий райнанебесах.

- Ты запуталась в москитной сетке. Это - Читван и Непальский ром.  Похоже, его настаивают на местных травах… Травках. В-третьих, Рай На Небесах - тавтология. Масло масленое.

-Нет. Может быть другой рай. Не с детской картинки с голубым фоном и белыми 

 барашками.

- Ты намекаешь…? J

Мысль изречённая есть ложь. Потому что очень легко перепутать интонацию, порядок слов и получится: «Может быть рай - другой?» И ещё тысяча значений. Но мгновенная эмоция истинна: «Непал- это сущий Рай На Небесах…»

Адмирал сорвал с кровати москитную сетку -«не сезон»- и, намотав её на чресла, вышел на балкон. По середине реки в предрассветных сумерках ходил мужик и длинной палкой бил по воде...

-Тарбает крокодилов, - вяло подумал Адмирал и пощупал гидраху. Из неё ручьём потёк утренний туман и вывалилась улитка величиной с кулак.

Спать расхотелось.

 

   Пришли слоны, и мы, борясь с желанием подпалить «бычком» трогательные волоски над их хвостами, потряслись в джунгли. Джунгли напоминали Смоленское кладбище без могил.

-Ребятам не повезло.

-Слон упал?

-Нет. Не успели сфотографировать носорога.

Носорог убежал переодеваться, а на поляну пафосно вылетел павлин, открыл-закрыл веер хвоста и быстренько смылся за кусты, чтоб не повыдёргивали на сувениры. На песчаном пляже лежали крокодилы, притворяясь дохлыми.

-Давайте палку кинем - может муляжи?

-Попугаев могли бы на пальмы насадить!

-Так улетят...

-Ну, на кактусы...

По лианам, выхватывая (у туристов) видеокамеры и сотовые телефоны, проскакали гамадрилы со страховочными концами. Вернулся носорог.

-Шкуру льва обменяли на дрова?

Инструктаж перед пешим заходом в чащу напомнил «страшилку», которую рассказывает гид рафта на Лосевском пороге коммерческим клиентам:

-Недавно два туриста ушли в джунгли без проводника, и их съел тигр...

Час не курили- ловили тигра. Молча ползали под колючками «след в след» и фотографировали гигантских жуков и пиявок. Из еды попадались одни носорожьи яблоки и наркотического вида грибы.

-Не сезон…

-А мне нравится!

Туман рассеялся, и на ногах у мужика посреди реки оказалась корма длиннющей пироги. Траверс он делал паршиво, вздрагивая всеми пятками от наших попыток заложить крена. Среди крокодилов наметилось лёгкое оживление, но мы уже выскакивали на берег «цивилизации», и наш слон протягивал навстречу хобот. В хоботе оказался  обронённый в ажиотаже охоты на тигра ксивник Вадима с паспортом и билетами на самолёт.

 

    Непалец, попавший на своём мотоцикле между нашим автобусом и встречной «Татрой», неожиданно вывернувшей из-за поворота, улыбался. Его девушка, от резкой остановки влетевшая  парню в каску, морщила и тёрла смуглый носик и тоже улыбалась. Водители, улыбаясь, помахали друг другу руками и разъехались, а мы с трудом приходили в себя.

-Буддисты, блин! Ни тебе светофоров, ни правил, ни страха… Знай – бибикай

 погромче! Это ж как надо верить в загробную жизнь, чтобы на верной погибели улыбаться, а не материться?

-Не в загробную жизнь, а в переселение душ. Это - как перезагрузка компьютерной игры - сбрасываешь всё, что напортачил, в «new game» не повторяешь и доходишь до высшего уровня...

-Откуда ты это взяла?

-Так монах же в Ступе объяснял: «Будда разбил стеклянный шар на тысячу осколков…»

-Ой, да перестань ты - он компьютеров в глаза не видел!

-В Ступе - цемент!!!

-Ну, около Ступы ....

 

    В Ступу мы опоздали. Это была наша первая Ступа и второй день в Непале ,но это- как с грибами. Потом они (Ступы) попадались нам на каждом шагу, накануне отъезда в Катманду мы уже не знали, куда от них деться,  и только неутомимая Галка всё ещё требовала гидов и культурную программу, но эту Ступу в Покхаре мы нашли с трудом. Хотя её, как и полагается вышкам Всевышнего  ,(Адмирал опять обозвал меня тавтологией) установили на местной вершине. Галка наотрез отказывалась сплавляться, не посетив святыни Покхары: «Неизвестно, вернёмся ли мы сюда», и народ предложил срезать. Я за походную жизнь чётко уяснила, что по дороге вокруг всё равно быстрее, чем по лесу напрямик. Ровно дыша и поглатывая глюкозу, я почти  перевоплотилась в паломницу, наматывая круги к вершине, и тут стемнело. Попадавшиеся навстречу монахи предлагали какой-то «дрек», улыбались и махали. Решив всё же срезать хоть немного, я до смерти перепугала старичка-хозяина маленькой паломнической харчевни своими пробежками по сыпухе. Он так истово начал молиться, что пришлось вернуться на дорогу. Команда вышла из чащи к тому моменту, когда местный ступер уже сообщил мне, что всё закрыто. Таксисты, доставившие нас к подножию Ступяной горы, обманули: «Ступа? Работает до семи!», чтобы не лишиться заработка. Они же ждали нас, чтобы  отвезти обратно. Мнения разделились: спуститься в другом месте или в том же, но дать в морду? Ступер улыбался и махал, зазывая «пойти повыше, откуда вид лучше». Вид действительно оказался лучше: Ступа сияла всеми огнями прямо перед нами, а далеко внизу, в кромешной тьме, гирляндой китайских фонариков поблёскивала вдоль озера Покхара.

-Не сезон...

-А мне нравится! Не жарко. По жаре бы нам так вставило сюда лезть!

-И народу нет - никто нашу благость не нарушит.

-А что внутри Ступы-то?

Ступер уставился на нас непонимающе.

-Ну что там внутри-то? Храм, часовня, помещение какое?..

Ступер явно тупил ...

-Is there a room inside Stupa? -помогла Галка, и Ступер радостно закивал головой:

-No, no room! Inside Stupa-cement! Inside all Stupes- cement!!

Мы никуда не опоздали.

Монах проводил нас вниз собственноручно выложенной из камней короткой тропой и традиционно не взял денег. В кромешной тьме обнаружились таксисты. Они улыбались и махали.

 

      -Ты полагаешь - наши  драйверы остались довольны суммой…?

- Безумно. Просто счастливы. Они уже опасались, что не расстанутся с нами

  никогда.

-А по-моему мы им понравились..

-Да, но в Непале не принято гонять по ночам с речки на речку.

-Мы же им  песни пели, чтобы не заснуть!

- «Нас извлекут из-под обломков»?!

-Ну ещё про ямщика, «Со вьюном я хожу».. и вообще русские народные на восемь

 голосов!

-Они не понимают по-русски.

-Тогда «обломки»- ни о чём!

-Ты видела рейсовый автобус, упавший в пропасть за полчаса до нашего приезда?

-Реинкарнацию ещё надо заработать…

-И купить подарки родным!

 

    Шопинг в Непале имеет две схемы. Хозяин говорит свою цену, вы - свою –«итого»  окажется ровно посередине. Но для этого надо в уме заранее среднее арифметическое вычислять. Я предпочитала вторую: отвечала-«ты обалдел» и уходила. Километра через два меня догонял хозяин и отдавал вещь. За МОЮ цену. Непальцы удивительно восприимчивы к языкам. На следующее утро из всех лавок вслед покупателям неслось: «Ты обалдел?» Но футболки на «Зингерах» с ножным приводом они нам вышили за одну ночь. Разноцветными шелками на фоне Эвереста значилось: «Водка пртив наркотиков!» и «Русские не здаютца

 

    И всё же было одно утро, когда стул не оформился у всех. Накануне мы отпраздновали благополучное возвращение в Катманду, поселились в каякерской гостинице и объелись мясом. Хозяин -каякер улыбался и метал из шкапчика рулоны туалетной бумаги, а мы не решались отходить далеко. Огромные шведы, рыжие финны и лысые немцы складывали свои каяки рядом с нашими во внутреннем дворике. Садились рядом с нами в холле, на диван, доставали из-под юбок фляжечки с виски, наливали в стальные напёрсточки, спрашивали про «весёлые русские речки» и предлагали тосты «за Непал и дружбу между каякерами». Хозяин метнулся было за закуской..

-Мы на диете,- мрачно сообщил Серёга, вынул из мешка канистру с непальским ромом и сникерс.

-Чашки принеси...

 

   -Всегда тепло.

-          Непальцы работают руками и живут плодами своего труда. Нет посредников. Капитализма. Эксплуатации. Денег. Всё принадлежит Королю…

-          Всегда тепло.

-          Религия такая. Правильная. Светлая.

-          Тепло всё время.

-           Горы вокруг. Спешить некуда. Будда близко.

-          Тепло! Не жарко, а – ТЕПЛО ВСЕГДА! - философствуя о причинах непальской

благости, мы с Маней прогуливались по узкой улочке Тамеля, туристического района Катманду. За нами выстроились пяток рикш, четверо мотоциклистов, несколько такси и парочка автобусов. Никто даже не бибикнул, пока мы сами, случайно оглянувшись, неспешно не посторонились. Водители, объезжая нас, улыбались и махали. Это был последний вечер в Непале.

 

    В аэропорту за перевес нам насчитали 1628 долларов. Это притом, что одну бутылку рома Адмирал разбил. Ни одна из освоенных схем торговли здесь не работала, но состояние благости нас не покинуло.

-Нет проблем! - Сейчас всё это выкинем в урну, и вернёмся.

Мы помахали тёте в форме, забрали свои рюкзаки и отошли за колонну. Покурили. Вернулись и, улыбаясь, попросили тётю отнять от веса уехавших на транспортёре каяков вес выброшенных рюкзаков, а катамаран прибавить, потому что «его выбрасывать Маня  наотрез отказывается». Тётя осталась нам должна. Ручную кладь, подобранную из урны, таможенники взвешивать не стали, но проверяли рюкзаки до дна, медитируя на предметы каякерского быта и ставя бирку на каждый. Камушек с Марсианди и зелёную мотявочку сочли террористически опасными. Я попросила положить их в конверт и вернуть в Домодедово: «талисманы с непальских рек»… Служивые заулыбались, замахали и отдали камушек.

В Домодедово шёл мокрый снег.

-----------------------------------------

    Серебряный колокольчик звонит хрустально «блям-блям».

Позвонить и дурак может, - сообщает непалец- мастер колокольчиков. Он берёт деревянный пестик и неторопливо трёт им по кругу, по серебряной кромке. Язык колокольчика замирает, а ступка начинает ровно гудеть. Звук всё сильнее и сильнее, так что и слышать уже нестерпимо и странно...

-Голос Будды,-  улыбается мастер и даёт мне попробовать. Колокольчик в моих руках только брякает. Не гудит.

-В состоянии благости. Войдёшь в согласие с собой,- и всё получится,- утешает продавец, заворачивая мне непальский сувенир.

Обратное оказалось верным. Долгими зимними вечерами я тру деревянным пестиком серебряную ступу.

 Голос Будды заполняет дом - и я возвращаюсь в Рай На Небесах.

 

Ноябрь 2005 года                              Марина Мягкова  suna@inbox.ru


   TopList    Яндекс.Метрика
Лента |  Форумы |  Клуб |  Регистрация |  События |  Слеты |  Маршруты (Хронобаза) |  Фото |  Хроноальбом | --> Видео |  Радио Статьи |  Лодки |  Турснаряжение |  Тексты |  Отчеты |  Худ. литература |  Марфа Московская |  Марфа - рассказы |  Заброска |  Пойду в поход! |  Карты |  Интерактивная карта |  Погодная карта |  Ссылки |  Поиск |  Реклама |  Белая Сова |  База |